Cult-portal.ru

Куби́зм (фр. Cubisme) - авангардийское направление в изобразительном искусстве, прежде всего в живописи, зародившееся в начале XX века и характеризующееся использованием подчеркнуто геометризованных условных форм, стремлением «раздробить» реальные объекты на стереометрические примитивы. Его возникновение относят к 1907 г. и связывают с творчеством Пикассо и Брака, в частности с картиной Пикассо "Авиньонские девицы", на которой изображены деформированные, огрубленные фигуры, а перспектива и светотень отсутствуют. Кубизм означал полный разрыв с реалистическим изображением натуры, преобладавшим в европейской живописи со времён Ренессанса. Цель Пикассо и Брака - конструирование объёмной формы на плоскости, расчленение её на геометрические элементы. Оба художника тяготели к простым, осязаемым формам, незамысловатым сюжетам, что особенно характерно для раннего периода Кубизма, так называемого "сезанновского" (1907-1909 гг.), сложившегося под влиянием африканской скульптуры и работ Сезанна. Мощные объёмы как бы укладываются на холст, цвет усиливает объём (Пикассо "Три женщины", 1909 г.). Следующий период (1910-1912 гг.) называют "аналитическим": предмет дробится на мелкие грани, которые чётко отделяются друг от друга, предметная форма как бы расплывается на холсте, цвета как такового практически нет (Брак "В честь И.С. Баха", 1912 г.). В последнем, известном как "синтетический" Кубизм, картины превращаются в красочные, плоскостные панно (Пикассо "Харчевня", 1913-1914 гг.), формы становятся более декоративными, в рисунок вводятся буквенные трафареты и различные наклейки, образующие коллажи. В этой манере вместе с Браком и Пикассо пишет Хуан Грис. 1-я мировая война положила конец сотрудничеству Брака и Пикассо, однако их творчество оказало большое влияние на другие течения, в том числе на футуризм, орфизм, пуризм и вортицизм. Влияние кубизма в изобразительном искусстве продолжалось до 1960-х годов.

Брахман, как считает Шанкара, — это высшая трансцендентальная истина. Это состояние бытия, при котором различение между субъектом и объектом устраняется. Брахман лишён каких бы то ни было отличительных свойств; он полностью лишён качеств (ниргуна, nirguna). Он находится вне времени, он не обусловлен и не дифференцирован. Это состояние бытия, о котором невозможно ничего утверждать. Невозможно дать ни одного позитивного определения Брахмана. (Это весьма напоминает утверждение Спинозы о том, что всякое определение предполагает отрицание: "Omnis determinatio est negatio".) Упанишады не устают повторять, что лучше всего говорить о Брахмане такими словами: "не [это], не [это]" (neti, neti, — Брихадараньяка-упанишада 2.3.6. ). Кроме ниргуна-Брахмана, существует и сагуна-Брахман (saguna-brahman), то есть Брахман наделённый свойствами, постигаемый и утверждаемый умом с ограниченной эмпирической точки зрения. Это тот Брахман, о котором можно что-то сказать: это сущее (сат, sat), сознание (чит, cit) и блаженство (ананда, ananda). В действительности оба Брахмана представляют собой одно и то же. Учение адвайты утверждает единственную истину: существует одна реальность, хотя и выступающая под различными названиями. Это весьма напоминает замечание Фреге об "утренней звезде" и "вечерней звезде": оба названия относятся к одной и той же планете Венера, хотя область их употребления и соответствующие значения здесь различны. Главным в теории Брахмана, или реальности, у Шанкары является понятие бадха (badha), что в контексте его онтологии следует понимать как "устранение", или "вытеснение". "Вытеснение" — это ментальный процесс исправления или уточнения ошибочных суждений. В этом процессе человек переоценивает — скорее по причине психологической необходимости, чем сугубо логически — предмет или понятие, которого он ранее придерживался, поскольку это понятие вошло…

В минувшую пятницу состоялся концерт, посвященный памяти А. Башлачева. Небольшой зал арт-клуба «Шоколадная Фабрика» был переполнен почитателями творчества этого неповторимого и самобытного рок-поэта. Поэт среди рок-исполнителей и рок-певец среди поэтов – трудно дать однозначную характеристику его творчества, оно – исповедально, личностно, проникновенно, трудно описать, насколько масштабен его вклад в развитие и отечественного рока, и поэзии.  Стихи А. Башлачева вызывали уважение и восхищение признанных мастеров совершенно разных музыкальных течений нашей страны, начиная с Б.Окуджавы и А.Вознесенского и заканчивая К.Кинчевым. Так и на этот раз на концерте собралась уникальная публика: не было здесь ни высоколобых скучных критиков-ценителей, ни развязных, безудержных фанатиков, а собрались люди слушающие – слушающие и слышащие. Выступающим и организаторам порой задавались вопросы, касающиеся как творчества Башлачева, так и других людей, так или иначе связанных с поэтом. Надо отметить, что не было ни одного исполнителя, поднявшегося на сцену ради желания показать себя. И хотя исполняли они и произведения собственного сочинения, но все же в первую очередь стремились открыть публике Башлачева. Безусловно, ритм концерта, как ритм самих песен был сдержанно-разухабист, но при этом каждый исполнитель показал зрителю своего Башлачева. У Дмитрия Файнштейна «Ванюша» получился пронзительно-трогательным и вместе с тем несокрушимым. Александр Дубинин позволил слушателям включиться в процесс пения, подбадривая их и исполняя одни из самых известных и самых любимых публикой песен. Максим Аншуков и Роман Смоленцев из группы «Ключевая» своим исполнением и музыкальной аранжировкой песен «Спроси, звезда» и «Влажный блеск…» показали Башлачева-романтика.

Московская группа «Ключевая» и ее лидер Максим Аншуков знакома публике уже давно.  Ее новые альбомы радуют нас почти каждый год, концерты – почти каждый месяц. Звук с каждым альбомом становится все плотнее, слова – мудрее и тоньше. Появление Максима Аншукова в качестве специального гостя на Итоговом фестивале современного искусства Творческого движения Палитра N  стал приятным сюрпризом для многих завсегдатаев галереи на улице Самеда Вургуна. Как они смогли воочию убедится  в акустике песни группы «Ключевая»  ничего не теряют, наоборот еще глубже задевают своей пронзительностью и грустью. После выступления Максим Аншуков ответил на несколько моих вопросов: